Да! Для многих казавшаяся авантюрной, поездка на мотоциклах в Чечню осуществлена! С 13 по 19 cентября 2005 года поистине интернациональная группа байкеров, в составе которой были не только Россияне, но также граждане Белоруссии и Молдовы, воодушевленная этой идеей, реализовывала на практике свое полное адреналина желание первопроходцев прокатиться там, где еще никто так просто не катался, желание увидеть Чечню в это нелегкое время такой, какая она есть – со всеми ее опасностями и реалиями. Не отрицая этих мотивов, для меня, все же, основным было откуда ни возьмись возникшее альтруистическое человеческое желание пообщаться с чеченской молодежью и детьми, чтобы показать им, что есть вокруг них другая жизнь, полная ветра свободы передвижения и радости мирного дружеского общения, что кроме автоматов и гильз для мужчин есть и другие «игрушки». Показать, что и они могут при своем желании и стечении обстоятельств быть такими же, как мы или другие люди, что они тоже являются частью того мира, который они видят в телевизорах и фильмах. Все знали, что нам не удастся насладиться прелестями езды по хорошим дорогам с захватывающими поворотами. Все знали также, что уютных гостиниц, ресторанов, музеев или веселых клубов нам в Чечне не доведется посетить. Знали мы, что едем в неизвестность, общегражданское мнение о которой, доводимое прессой, мягко говоря, отнюдь не позитивное. Поездка готовилась долго. Можно сказать не один год. Время пошло и на осознание того, что и зачем нам всем и каждому надо, на поиск контактов и на договоренности. Одни критиковали саму идею поездки, говоря в том числе, что это наш «дешевый» PR (пиар), другие поддерживали, а в большинстве своем и те, и другие, и третьи, боясь за нас и нашу безопасность переживали, откровенно не понимая, наверное, зачем это мы по своей воле едем туда, где война и опасно. Кто говорил о своем отношении к этому в беседах при личной встрече, а кто - через посредников, не давая нам возможности ответить и пояснить, как же было на самом деле: многие воодушевленные идеей поездки, и не имеющие возможности к ней присоединиться, выражали искреннее желание помочь. И они действительно помогали нам. Даже будучи далеко от нас. Мы знали и ощущали это всю дорогу и туда и обратно, и находясь там. «Дешевый» это пиар или «дорогой» оценивать точно не нам, и уж точно не тем «критикам», которые поливая грязью все и вся, готовы опорочить любое благое дело в угоду личным интересам или непонятным деструктивным идеологиям. Лично в моем сознании мысли о мире, взаимопомощи и альтруизме росли и крепли с момента начала подготовки к поездке. Вдобавок к уже собранным общими усилиями участников и сочувствующих подаркам для детей детдома в Чечне, который мы собирались посетить, я, решив что подарков маловато, по приезду в Ростов, лично на свои средства докупил еще игрушек и добавил их в общий котел.  Самое главное это то, что теперь я уже все больше и больше осознаю, что самыми важными лично для меня оказались не материально измеряемые вещи.

Мы решили назвать нашу поездку «Марш Мира». Таковым мы его задумали, таковым он, по сути, и явился. Не хочу останавливаться на организационных моментах и распорядке дня, не стоит, думаю, повторять многочисленные интервью, или описывать встречи с 

известными людьми, в том числе со специально приехавшим в те дни в Гудермес знаменитым боксером Майком Тайсоном – все это сделали уже корреспонденты средств массовой информации, и некоторые из нас. Не хочется описывать в деталях маршрут, и видимо, нет смысла в этом повествовании описывать также саму дорогу и номадизм – как и почему приятно ездить на мотоцикле для многих уже известно и на эту тему есть уже достаточно много  тезисов и моих, и других уважаемых ораторов. В любом случае, для меня эта поездка была не просто покатушкой в обычном понимании этого процесса: это было знакомство с реалиями, проблемами и радостями современной Чечни и ее народа. Я, специально выждав, и «настояв» в себе бурю впечатлений и эмоций, полученную в ходе «Марша Мира», начал писать это повествование только где-то через месяц после окончания поездки. Как обычно, написал практически все сразу, «на одном духу». Но, почему-то перечитывая написанное, все время витала мысль, что еще не все высказал… а может быть, не так точно, как хотелось бы. Я действительно с большой самокритикой отнесся к этому своему повествованию. Брался еще и еще, дописывал, переделывал. Сейчас уже я думаю, что во многом разобрался, и хочу рассказать о своем видении того, что я увидел - о взгляде не только байкера, но в первую очередь - взгляде гражданина и человека. Хотел бы сразу отметить, что я не собираюсь дискутировать и обсуждать с кем бы то ни было тему и мысли из своего повествования. Не хочу и не собираюсь позиционировать политические лозунги или критику. Это мой личный взгляд на увиденное, мой личный стиль изложения, и я просто хочу высказать то, на что имею право!

Перед «стартом» хотел бы отметить еще один личный момент: мой отец после окончания мединститута по распределению работал молодым специалистом – врачом в поселке Курчалой, в Чечне. Я, конечно, знал это, но до последнего дня скрывал факт нашей поездки, сокращая время его возможных переживаний. Когда я ему сказал, что есть такая идея поехать на мотоциклах в Чечню, и что я уже завтра выезжаю (!!), он неожиданно для меня спокойно отреагировал и сказал три вещи: поешь жижи галнаш (вкусное национальное чеченское блюдо), если будете в Курчалое – заезжай в больницу и передай приветы возможно работающим там по сей день коллегам-врачам, и еще сказал, что если бы у нас было место для него, то он бы поехал с нами….!!!!! Я был поражен! Тут же он стал вспоминать свою полную самых разных событий молодую жизнь в Чечне, и научил меня нескольким обиходным фразам на чеченском языке и рассказал про чеченские национальные и старинные обычаи. А почему нет?! Ведь любому приятно и по-человечески нормально, когда гости знают обычаи и почитают дом и уклад жизни тех, к кому направляются. Это правильно. Очевидно, что несмотря ни на что происходящее, мой отец сохранил в себе любовь и уважение к тем местам и людям в целом. Что ж - так распорядилась его судьба. Слава Богу! Теперь и мне самому предстояло на практике сформировать свое мнение о современной Чечне и живущих там людях!

Как ни странно, асфальтовые дороги по маршрутам следования нашей группы были довольно хорошего качества. Кое-где было совсем даже неплохое свежее покрытие. Несмотря на неплохой асфальт, дороги в Чечне оказались все же пыльными, хотя к моему удивлению я видел несколько раз уборочно-поливочные машины в Гудермесе и Грозном. По понятным причинам, на дорогах Чечни много блок постов и «лежачих» полицейских, зачастую появляющихся в совершенно неожиданных местах. Это действительно напрягает – можно не заметить довольно высокий нарост-горб на дороге, и скребануть поддоном или глушителями, отрабатывая до пробоя возможности подвесок. Также разочаровывало совершенное отсутствие знаков на дорогах, и в контексте вышесказанного – предупредительных знаков, заблаговременно оповещающих об установленных на дороге препятствиях. С заправками нет проблем в Российском понимании этого вопроса – практически в любом крупном населенном пункте они есть. Ну а какие-либо проблемы, связанные с качеством бензина, по крайней мере для моего Suzuki GSX1400, я не заметил – он, как обычно, «заглатывал» все и «не кашлял». Начиная с района Пятигорска по дороге на Чечню с правой по ходу движения стороны открываются великолепные виды главного кавказского хребта, в одно из ущелий которого – Тырнаузское, мы и заехали погостить и переночевать перед спуртом на Грозный. Аж до высоты более 2000 метров над уровнем моря заехали - ночевали буквально у подножия Эльбруса. Великолепные места! Надеюсь, Вы меня простите в очередной раз, но описание красот и достоинств этих мест, к сожалению, тема не этого повествования. Как-нибудь в другой раз, если позволите. Сказать могу только одно, повторяя за великим поэтом и певцом – лучше гор могут быть только горы!

Кстати! На заметку всем передвигающимся на двух колесах: будьте особо внимательны при езде по трассам, где много домашних и вообще животных, или где есть вероятность их появления на дороге. Они то и дело «оказываются» на дороге после очередного поворота, или, вдруг ни с того ни с сего, перебегают дорогу.... а их фекалии (особенно свежие) представляют собой довольно скользкие и опасные «мины», которые могут не только очень сильно исказить намеченную Вами траекторию движения мотоцикла. Брызги от такой «свежей лепешки» из-под колес впереди едущего автомобиля или мотоцикла разлетаются довольно далеко по сторонам и могут создать отнюдь не уютное настроение. Что кстати и произошло с одним из наших. Я ехал следом. Можно сказать он, сам того не ведая, «героически» прикрыл меня своим телом и мотоциклом от очереди фекальных пуль из под колеса впереди едущего Дебоша :) Мне было смешно. Ему не очень – пришлось останавливаться и вытирать фекалии со шлема, одежды и мотоцикла. Я, не прекращая смеяться, успокаивал его, говоря, что такое дело к деньгам. Ну как, Дрозд, прибавилось деньжат, а? :)

Итак, мы в Чечне! Такие же, как и в Осетии и Ингушетии земля, небо и дороги. Только на каждом шагу блок посты и вооруженные люди. Первым шоком для меня были увиденные здания разрушенных пятиэтажек в пригороде Грозного и на их фоне коммерческие палатки с собравшимися около них людьми. Далее эта ужасающая картина, просто несопоставимая с мирной и человеческой жизнью начала раскрывать свои все новые и новые ужасные детали. Представьте известный «дом Павлова» времен Великой Отечественной Войны в Сталинграде. Так вот – в Грозном это, наверное, был бы этакий середнячок по качеству. К моему ужасу, в некоторых таких полностью разрушенных домах, где целые подъезды зияют дырами от прямых попаданий орудий и бомб, виднелись, например, пара окон, затянутых клеенкой, или в лучшем случае с застекленными рамами, где живут, а по моему – выживают люди. Ведь, наверняка в таких домах никаких инженерных коммуникаций (вода, газ, электричество, канализация, отопление) скорее всего уже нет! Вообще Грозный представляет собой в большей части разрушенный город: многие дома разбиты и взорваны до основания и лежат в руинах, другие стоят, зияя дырами с торчащей арматурой и балками. К сожалению, мы информационно, если можно так сказать, сильно «привыкли» к терактам и войнам, новости уже не представляются без репортажей о выстрелах и взрывах, и, в потоке такой информации стал уже незаметным и привычным тот факт, что война в Чечне идет уже в ТРИ раза дольше, чем Великая Отечественная Война!!! Целое поколение выросло в войне! Практическое осознание этой моей общественной «привычки» добавило адреналина в кровь и еще раз привело меня в шок. Несмотря на многие и многие задачи по восстановлению Чечни, мне стало очевидно ясно, что одной из первоочередных задач власти должна явиться программа по сносу всех разрушенных строений  - чтобы не «мозолили» глаза и не напоминали ежесекундно о войне.

К счастью, частные дома на территории Чечни выглядели более-менее. Некоторые даже были недавно отстроенными. Понятное дело – а такой обстановке людям легче восстановить и содержать свое частное жилье и в инженерном и в финансовом плане. Да.

Действительно большинство населения Чечни живет сейчас в частных домах, и в этом смысле федеральную заботу государства, думаю, не чувствует. Загадкой для меня до сих пор является вопрос о жизни простых чеченцев, у которых нет доступа к нефти и прочим большим делам и доходам. На какую работу могут они рассчитывать в разрушенной республике без заводов и фабрик? А таких людей, как и везде – большинство. Большинство и есть общество… Ведение своего огородного хозяйства и натуральный обмен по принципу «что вырастил то и съел, или обменял на другие необходимые вещи», конечно, может сильно помочь в выживании и обеспечении пропитания людей, но для получения современных благ такого положения дел не достаточно. Мне довелось поговорить со многими: с прохожими, с охранниками, со студентами и с людьми, работающими при правительстве Чечни. Многие говорили о том, что в периоды эскалации военных действий они ходили на работу (выполняли работу по профилактике правонарушений у подростков, например..) совершенно бесплатно, альтруистично. Я бы добавил, что и сейчас «доходы» простых людей - врачей, учителей служащих, нельзя назвать соответствующими минимально требуемому для выживания уровню. Это очевидно. Без подсобного хозяйства им просто не выжить. Нормальные, психологически устойчивые и благополучные люди должны жить и расти, имея работу, достойную зарплату и уверенность в пенсии, получая образование, лечение, правовую, моральную и физическую защиту. Люди должны иметь возможность отдыхать, культурно проводить время и путешествовать. Всех этих очень простых благ, а я бы даже сказал – прав, для большинства чеченского народа, к сожалению, я не заметил. Но что можно ожидать увидеть в республике, какими могут стать люди на территории которой 12 лет идет война?! 


Количество самого разнообразного, в том числе самодельного, оружия и вооруженных людей в Чечне поражало каждый день и час. Причем вооруженные люди встречались не только в форме федеральных российских войск, в форме МВД Чечни или еще в какой-либо унифицированной спецодежде различных федеральных и официально существующих служб. Пару раз я видел вылезающих буквально из под кустов с обочины дороги людей с калашами на перевес, в одежде, напоминающей нечто среднее между спортивным костюмом, истертыми джинсами и рабочей формой… Кто это за люди, почему у них в руках оружие - оставалось только догадываться и списывать на текущее положение дел в республике. Подтверждением такому положению дел, кстати, был не раз видневшийся дымок от фугасов и звуки выстрелов вдали, реалистично дополняющие наше передвижение по Чечне. Ну да ладно. Уже привычно стало. A la guere come a la guere, как говорят французы. 

Каким бы ни было наше воображение, нам, мирным людям сложно, да и невозможно встать на место людей, у которых на практике их жизни разрушены дома, у которых потеряны в войне и убийствах друзья и близкие. Это относится и к российским солдатам федеральных сил, выполнявшим свой воинский долг, и к основной части чеченского народа, уже многие годы живущего под страхом и в окружении смерти на фоне разбитого и разрушенного войной ландшафта. Конечно, ненависть и презрение, желание мести – первая мысль в этой ситуации угнетенного смертями и обидами человека. Но, с опытом и временем приходит понимание, что выстрел рождает выстрел, а месть будет бесконечной. Только прощение и мир могут остановить бойню. Какой силой духа, какими высокими духовными принципами должны обладать люди, чтобы ТАК поступить, чтобы остановиться, чтобы простить?! К моей радости и удивлению, среди этого хаоса и зла, я встретил немало таких людей в Чечне, с которыми имел возможность немного пообщаться. Многие из них понимают, что только выросшие в мире и достатке дети, люди, вокруг которых не убивают по той или иной причине соседей, родственников, друзей, могут постепенно залечить ужасные психологические раны и начать жить, пользуясь доступными для всех благами мирной, созидательной жизни.

Довелось мне пообщаться и с еще недавно бегавшими по горам боевиками, попавшими под амнистию закона о добровольной сдаче оружия. Те, с кем я общался, были молоды и достаточно откровенны в беседе. Уверяю вас – они такие же «пацаны», как и многие другие их сверстники в регионах России. Одно несомненно – они все же другие! Они взрослели и усились на войне, а не в школе, они видели смерти и разрушения не где-то там по телевизору, а в непосредственном контакте нюхая порох и кровь, и все что они знают и умеют – это воевать. Но в этом их вины нет. Они делали то же самое что и другие солдаты – выполняли тот долг, который считали ДЛЯ СЕБЯ И СВОЕГО СОЦИУМА необходимым выполнять. Они воевали и мстили за обиды, по их мнению, нанесенные им и их народу специально. И опять же, с их точки зрения их можно понять – в их мировоззрении не было другой идеологии и мотивации! Выглядят эти ребята достойно, сурово и мужественно, но психологически они совершенно неуравновешенны – чуть-чуть, очень осторожно, начинаешь спрашивать их об их быте и жизни, а они переключаются на рассказы о войне – и становится видна дрожь в голосе и покрасневшие от сдерживания глаза от накатывающихся скупых мужских слез от глубочайшей обиды – обиды за смерть. Политики в этих обидах нет. Эти обиды за смерть друга, брата, соседа, обиды за сломанные судьбы и жизни. Это страшно, но это понятно. Так у всех. У мужчин. Не только у чеченцев. Кто знает, как и что бы Вы, читающие эти строки, чувствовали и делали бы в подобной ситуации? Смогли бы Вы простить, сложить оружие, желать созидательной жизни? Я сам видел и слышал, как в недавнем прошлом эти боевики, бегавшие по горам и воевавшие с федеральными войсками, искренне и эмоционально «работали» с толпой и обстоятельствами, стараясь обеспечить нашу неприкосновенность и безопасность на проводимых общественных мероприятиях и шоу мотоциклистов – каскадеров. Причина? Повод? Лично мне показалось что они, как и другие в Чечне и России понимают сейчас, что сломать мир очень просто, а строить его – очень долго и дорого.

К удовольствию участников пробега, местное население выражало свои эмоции бурно и необычно – видя движущуюся колонну мотоциклистов машины останавливались, и люди фотографировали нас на свои мобильные телефоны, а некоторые даже брали у нас автографы. Многим просто хотелось поговорить. О мотоциклах, о нас и о жизни. Во время заправок или остановок, местные с поистине детской, порой необычной непосредственностью и прямотой, спрашивали уже надоевшие нам в Москве вопросы: «сколько едет», «сколько стоит» и т.п. Еще тогда я поймал себя на мысли, что мне искренне хотелось раз за разом спокойно и подробно рассказывать этим людям все те же тыщу раз сказанные слова о мотоцикле. Я реально видел, чувствовал и знал в тот момент, что им особенно важно иметь возможность пообщаться и не чувствовать себя отвергнутыми от остального мира, жизни и событий. Я без устали и с удовольствием рассказывал и повторял все снова и снова - все, о чем они спрашивали. Мы действительно были эпицентром внимания. На первой же заправке в Грозном нас обступила куча людей. Все те же вопросы. Я с молдаванином Тарасом пошел в магазин-кафе при заправке купить сигареты. Там внутри, в полутемном зале, за столиком сидела компания местных из трех человек. Они что-то ели и беседовали, не обращая на нас внимания. Я шел впереди и поздоровался сразу со входа. Они по своему обычаю привстали и поздоровались в ответ. Я пожелал приятного аппетита, на что они ответили благодарностью и приглашениями присоединиться к их трапезе. Как приятно! Честно говоря, мне такие уважительные обычаи и поведение, полное достоинства и внимания очень по душе!

Открытием, кстати, стал факт наличия мотоцикла шоссейки-спорта у одного из командиров чеченских силовиков. Но особенно поразила и заставила встрепенуть сердце одна вроде бы случайная встреча. Случайностей не бывает, скажете Вы. Наверное. Я сам в них мало верю. Но все равно, было очень и очень приятно видеть искренне любящего мотоциклы чеченца, который много часов ждал нашу колонну вначале у восстанавливаемого в Грозном православного храма, который мы посетили, а потом – на развилке дороги, по которой мы должны были ехать из Грозного в Гудермес. Этот чеченец был уже далеко не молод, но как он искренне он радовался нам, как горели его глаза! Вы можете стараться понять, о чем я говорю, но увидеть и почувствовать это - многого стоит! Он рассказал, что у него дома в близлежащей деревне 6 или 7 разного рода двухколесных коней, которые он покупал, собирал и лелеял всю жизнь, в том числе в последние очень нелегкие для него годы. Видно было, что он давно неподдельно и со знанием увлечен двухколесной техникой. Он радушно и искренне звал к себе в гости погостить и пообщаться, говоря, что такой случай встречи с единомышленниками бывает раз в жизни. Действительно. Но… Было откровенно жаль - насыщенная программа нашего пребывания в Чечне, к нашему сожалению, не позволяла нам сворачивать с маршрута и по-нормальному пообщаться с этим человеком. Если ты сможешь прочитать эти строки, наш чеченский мотобрат - извиняемся что не погостили, но надеемся на новые встречи!

У вас может сложиться впечатление, что я восхваляю Чечню и чеченский народ или мне кто-то заплатил за это. Это не верно. Я, как и многие россияне, помню, и четко знаю не из чужого опыта, как нерадивые выходцы из Чечни, начиная еще с перестроечного времени, зачастую под воздействием наркотиков, беспредельничали в институтских общежитиях оскорбляя и насилуя девушек, и как в составе преступно-этнических группировок занимались разбоями и грабежом. Я великолепно помню и знаю, конечно же, и о терактах, и о похищениях людей, о пытках и об отрезанных головах… Я, конечно же, помню и знаю о многих смертях российских военнослужащих и простых ребят-срочников и гражданских на этой войне. Согласен и с тем, что беспредел надо останавливать. Но это уже следующая серия «фильма», начатого большой и беспечной, разваливающейся и корыстной съемочной режиссерской бригадой. «Фильма», хаотично и бесконтрольно разворачивающегося на заброшенной, и в некотором смысле экспериментальной «съемочной площадке» - стране, по которой разбежались некормленые и отпущенные на произвол актеры и звери из клеток, на территории полной оружия, экономических ресурсов и правового беспредела. В любом случае надо иметь дух и ум чтобы понять, что в большинстве своем мы есть то, что из нас делает система, государство и ее социально-идеологическая политика. Надо иметь дух и ум понять, что народ нельзя обвинять во всех смертных грехах, что «избавлением» от проблем может быть истребление и геноцид народа. Надо понять и знать, что есть и другие чеченцы – нормальные люди, такие как мы с вами. Многих я лично знал еще в довоенное время – поистине образованные, интеллигентные и культурные люди. Некоторые из них, не вынеся беспредела со стороны своих разухабившихся соплеменников, так и со стороны россиян, уехали жить за границу. С другими я познакомился там, в Чечне во время нашей поездки. Например, совсем немногие в России знают, что во время ужасной Бесланской трагедии на площади Грозного не прекращалась демонстрация чеченцев, которые гневно осуждали действия тех нелюдей-террористов и предлагали себя взамен детей-заложников в той школе. Немногие в России знают, что и сами чеченцы на территории своей республики, у себя дома, страдают от своих нерадивых соплеменников, вовлеченных и одурманенных идеологиями террористических организаций, что они сами, их имущество и скот в очень большом количестве раньше и до сих пор становятся заложниками этих бандитов-иродов. Об этом мы в России вообще не слышим и не знаем – об этом молчат телеканалы. Жаль, что большинство населения России все же думает о чеченцах по их нерадивым соплеменникам, которые своими безобразиями испортили целую бочку достойного меда.

Мысли бурлили и до сих пор бурлят. Еще один вопрос, один из главных, к которому я готовился всю поездку оставался нерешенным. Кто и как может объяснить несмышленым детям детдома, который мы посетили в Гудермесе, и куда мы привезли подарки и игрушки, что русские люди, россияне – хорошие? Я попробовал это сделать, но было очевидно, что игрушками и одним разом для детей, для общества этого не доказать. Надо было видеть их глаза – откровенные от радости встречи и подарков, но полные печали и слез, страха и обид. Горящие и искренние детские и в то же время взрослые, усталые глаза. Это глаза детей-сирот потерявших родителей на войне, детей, видевших смерть близких, детей, выживших за прикрывавшими их телами матерей. Когда я на них смотрел, когда слушал их песни и стихи – о жизни, о радости и о маме, меня реально трясло и по телу бегали «мурашки», меня обуревал такой ураган эмоций, что на глаза накатывали слезы! Я смотрел сквозь накатывающиеся слезы на импровизированный концерт детей детдома, но, стиснув скулы, сдерживался как мог и улыбался – дети ДОЛЖНЫ видеть сухие глаза, радость и добро! Горе и беда везде одинаковые. Тем, кому плохо - надо помогать. Это не просто слова. Я на своем опыте уже не первый раз убедился, что когда искренне, лично и адресно помогаешь другому человеку и тем более ребенку, ты чувствуешь очищение, благоговейную дрожь и почти осязаемую светящуюся благодарность идущую к тебе буквально со всех сторон.

Напоследок хотел бы добавить несколько моих наблюдений, которые мне запомнились больше всего:

- Мне очень запомнилась речь одного из старейшин, которые вышли нас проводить к воротам после ужина в доме Рамзана Кадырова. Краткая и емкая речь показывала, что перед нами поистине мудрый и, безусловно, образованный человек. Не берусь утверждать, что дословно помню все, но смысл я понял ясно, и очень близко к оригиналу финал этой речи звучал так: «нам очень приятно, что несмотря ни на что… вы приехали к нам... и, что вы даете нам возможность осознать и почувствовать себя частицей общества, мира и ваших дел» !!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!! Как же это важно для человека чувствовать себя нужным кому то... Кстати примерно тоже самое говорил и Алу Алханов, когда он приезжал в Гудермес к нам на встречу.

- В городах и даже селах по маршруту движения мы часто видели на домах или бытовках вывески «салонов» по продаже или аренде свадебных платьев. На самом деле необычное зрелище посреди окружающей разрухи, но оно говорит о многом - чеченский народ живет и все людское и радостное ему не чуждо. Подтверждением тому было еще одно наблюдение, которое подметили и некоторые другие участники пробега – на улицах было много маленьких детей! Очень надеюсь, что сильные мира сего грамотно распорядятся имеющимися у них возможностями для мирного, взаимоуважительного сосуществования и обеспечения роста социально обеспеченных и образованных людей в Чечне!

Все происходящее в нашей жизни меняет нас. Как и нашу жизнь. Марш Мира, безусловно, оказал большое влияние на меня. И дело не в том, что у меня в голове появились вышесказанные мысли о социумах, о мире и войне – я и до поездки так думал и знал. Знал и то, что среди любого народа есть отщепенцы, и есть достойные люди... Поездка в Чечню научила меня острее чувствовать. Острее чувствовать боль и радость, точнее распознавать лицемерие, корысть и двуликость, внимательнее быть к окружающим и их действиям, самокритичнее относиться к самому себе и к своим поступкам... Теперь я на практике увидел точное доказательство и подтверждение того, что дружбу не заполучить деньгами, а мир нельзя установить выстрелами!

Мир Вашим домам, Чечня! Мир всем нам!

Спасибо!

Одиссей